Обучение
Методичка

Психолингвистическое отражение совокупности криминалистических признаков преступления как категория психологической достоверности показаний участников предварительного расследования

 Васильева Наталья Юрьевна

Экспертное Бюро судебной психофизиологии и поведенческого анализа; АНО ДПО

«Академия Детекции Лжи», эксперт-психолог, руководитель департамента психолингвистики

Vasileva-kaluga@mail.ru

Аннотация. Статья посвящена психолингвистическому анализу показаний участников предварительного расследования, позволяющему получить ориентировочную информацию относительно полноты и адекватности отражения в показаниях совокупности криминалистических признаков преступления, которая является одной из категорий психологической достоверности сообщаемых сведений. Автором обоснована необходимость поэтапного подхода к содержательному анализу показаний, систематизированы и предложены критерии анализа, указаны возможные результаты анализа. Данная статья актуальна как для экспертов-психологов, принимающих участие в комплексных психолого-психофизиологических судебных экспертизах, так и для работников правоохранительных органов, участвующих в следственных действиях по получению и фиксации вербальных сведений, имеющих значение для расследования.

Ключевые слова: истинные и ложные сообщения; модель истинного события; образ ложного события; криминалистические признаки преступления; формальные закономерности описания события; содержательные закономерности описания события; психофизиология мнестических процессов.

Исследование речи в судебно-психологических, психофизиологических и криминалистических целях имеет различные цели, наиболее актуальной из которых в последнее время стало исследование речи в целях верификации истинности и ложности сообщений, исходящих от обвиняемого (подозреваемого) в совершении преступления, свидетеля преступления, потерпевшего от преступления. В процессе взаимодействия указанных категорий лиц со следственными органами они с помощью языковых средств передают сведения, субъективно отражающие криминальное (преступное) событие. Такое субъективное отражение события может соответствовать объективной действительности, либо искажать ее. В соответствии с мотивацией лица на участие в следственных действиях у правоохранительных органов имеется речевая модель истинного события, то есть такая модель, которая отражает происшедшее в действительности событие и результат данного события, либо речевая модель ложного события, то есть намеренно искаженного события и/или его результата.

Наличие знаний о значимых психолингвистических критериях отражения модели истинного (реального) события позволяет провести анализ модели речевого высказывания участников предварительного расследования, выявить наличие либо отсутствие отражения в речи необходимой совокупности криминалистических признаков преступления, что в свою очередь позволяет определить адекватность вербального отражения параметров реально воспринимаемой ситуации и выявить возможные отклонения в данном отражении, являющиеся «опасными зонами» сообщения, требующими от опрашивающего повышенного внимания при дальнейшей коммуникации.

Данное положение основано на том, что в сознании говорящего, пережитое событие и результат события отражаются в виде образа ситуации и следов аффективных состояний, которые имели место в момент воздействия криминогенной ситуации на данное лицо. Именно этот образ и эти аффективные следы вербализуются говорящим в процессе сообщения сведений, имеющих значение для расследования. При сообщении ложной модели события, не пережитого человеком в действительности, говорящий, формулируя ложное высказывание, строит в сознании иной образ, имеющий с реальным либо частичное сходство, либо не имеющий никакого сходства вообще. Это будет образ иной ситуации, существующей только в виде образа (фантазийного продукта) говорящего, полностью или частично не имеющий реального основания. Естественно, что при этом говорящий будет строить высказывание с помощью языковых средств, адекватных образу не существовавшей в действительности ситуации и при отсутствии следов аффективных состояний, которые им не могли переживаться в полностью или частично воображаемой ситуации.

Критериальными маркерами адекватного отражения пережитого противоправного события будет являться система криминалистических признаков преступления. В криминалистическом смысле признаки преступления выступают как определенные факты реальной действительности, представляющие собой следы преступления, указывающие на возможность совершения конкретного деяния. Для психолингвистического анализа возможно использовать следующую совокупность криминалистических признаков: признаки преступника, признаки объекта преступления, признаки обстановки преступления, признаки средств преступления, признаки способа (процесса) преступления, признаки результата преступления. Именно совокупность этих признаков отражает наличие или отсутствие у говорящего истинной мысленной модели происшедшего события.

При соотнесении содержания высказывания с действительностью рекомендуется использовать содержательно-ориентированный анализ имеющегося речевого высказывания, включающий частные характеристики указанных признаков преступления, который целесообразно проводить в два этапа. На первом этапе представляется необходимым провести анализ формальных закономерностей описания событий, на втором этапе анализ содержательных закономерностей описания событий.

К критериям анализа формальных закономерностей описания события относятся: последовательность повествования с допущением нарушения хронологии для восполнения пропущенных элементов, логичность, непротиворечивость, аргументированность, цельность, ясность, связность высказывания, полнота раскрытия темы (отражение основных элементов преступления - место события, время события, участники события, действия участников события), повествовательный и описательный типы высказываний, разнообразность типов предложений, соблюдение временной перспективы события (события до, во время и после криминальной ситуации), соответствие содержательного баланса частей сообщения смысловой наполненности и информативности этапов развития ситуации, представленность различных морфологических категорий с преобладанием существительных и глаголов для передачи сведений о предметах и явлениях окружающей действительности, а также прилагательных для презентативного описания элементов ситуации, адекватность лексических и логико-грамматических конструкций.

К критериям анализа содержательных закономерностей описания события относятся: общая ориентирующая информация, относящаяся к внешним условиям восприятия; отражение окружающих предметов, позволяющих создать зрительную, ориентировочную опору на основе местоположения окружающих предметов, доступных для зрительного восприятия в момент криминального события; сведения, относящиеся к отражению предметов и явлений, доступных для восприятия при непосредственном воздействии предметов и явлений на органы чувств; отражение общефизических (пол, возраст, физическое состояние), функциональных (осанка, походка, мимика, жестикуляция, артикуляция, голос, речь), анатомических (телосложение, фигура, ноги, руки, голова, кожные покровы, волосяной покров головы – цвет, длина, вид и конфигурация прически; лицо в целом и его отдельные детали), сопутствующих (носимых элементов одежды, обуви, головного убора, бытовых предметов – часы, очки, зонт и т.п.) элементов и признаков внешнего облика человека; отражение диадного межличностного взаимодействия; отражение речевой активности фигурантов ситуации; отражение ролевой позиции на основе личной вовлеченности в ситуацию, отражение ситуации в контексте повседневной жизнедеятельности; отражение внутренней переработки внешних факторов (мотивационные элементы включения в ситуацию, элементы личного смысла включения в ситуацию, рефлексивная переработка ситуации, когнитивная рационализация ситуации); отражение эмоциональной вовлеченности с адекватным содержанию речи эмоциональным фоном; отражение субъективных реакций на воздействие раздражителей, проявляющееся в виде состояний, отражающих субъективное оценочное отношение к действующим факторам окружающей действительности, выражение пережитых эмоций, ощущений; отражение ассоциативных связей (описание сопутствующих событию впечатлений и/или ассоциаций, возникающих при воспоминании элементом ситуации); адекватная детализированность сведений (сбалансированность основных и второстепенных деталей события; наличие сопутствующих деталей, адекватно вписанных в контекст повествования; богатство, оригинальность, специфичность и неповторимость деталей; отсутствие излишних деталей; отсутствие противоречивых деталей).

Дополнительными приемами анализа сообщаемой информации являются приемы сопоставления вербализуемых элементов. Среди критериев сопоставительного анализа целесообразно использовать следующие: сопоставимость с имеющейся информацией о допрашиваемом (соответствие содержания сообщения половозрастным и социальным характеристикам опрашиваемого); сопоставимость между собственными высказываниями в едином акте речевой деятельности (отсутствие противоречивости сведений относительно одних и тех же элементов ситуации); сопоставимость между собственными высказываниями в разноотсроченных по времени от события актах речевой деятельности (с учетом вариативной динамики, основанной на процессах забывания и припоминания), позволяющая реконструировать единую стабильную модель исследуемой ситуации; сопоставимость со сведениями, полученными от иных фигурантов при условии лексической вариативности сведений и отсутствии признаков шаблонного воспроизведения, являющихся маркерами вербализации предварительно согласованного материала); сопоставимость явлений, сообщаемых опрашиваемым, с известными научными фактами и явлениями; сопоставимость сообщаемых сведений с психологическими закономерностями восприятия, сохранения и воспроизведения информации; сопоставимость с ситуацией совершения преступления и с иными данными по делу (соответствие развития вербализуемой мысли связям и отношениям реальной действительности, зафиксированным в протоколах осмотра места происшествия и иных протоколах следственных действий, а также актах криминалистических экспертиз).

Проведенный по указанным критериям психолингвистический анализ сообщаемых сведений позволяет получить ориентировочную информацию относительно адекватности или дисфункциональности отражения совокупности криминалистических признаков преступления. Сохранность формальных и содержательных закономерностей описания происшедшего события, а также сопоставимость вербализуемых сведений по указанных выше параметрам будет соответствовать психофизиологии мнестических процессов (процессов извлечения запечатленного в памяти образа реально воспринятых событий) и, следовательно, будет являться маркером психологической достоверности показаний участника предварительного расследования. Дисбаланс указанных критериев отражения совокупности криминалистических признаков преступления, а также отсутствие сопоставимости по указанным выше критериям позволяет предполагать воспроизведение говорящим собственного фантазийного продукта, основанного на его творческом потенциале и образах воображения (вербализация собственной «подготовленной легенды»); воспроизведение сведений, полученных на основе чужого словесного или образного воздействия; воспроизведение сведений, усвоенных под влиянием некритического восприятия внешнеиндуцированной информации; воспроизведение сведений, полученных в ходе осознанного усвоения внешнеиницированных данных (вербализация чужой «подготовленной легенды»).

Указанные психолингвистические критерии отражения совокупности криминалистических признаков преступления могут быть использованы как экспертами-психологами при проведении судебных экспертиз с целью выявления психологических признаков достоверности/недостоверности показаний, так и сотрудниками правоохранительных органов с целью обеспечения полноты получаемой в ходе следственных действий информации и эффективности проведения повторных следственных действий, направленных на уточнение элементов события и устранение имеющихся противоречивых сведений.

Литература:

  1. Гаврилова Н.И. О психологических механизмах формирования свидетельских показаний // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 40. М.: Юрид. лит-ра, 1984. С.79 - 89.
  2. Гаврилова Н.И. Ошибки в свидетельских показаниях как результат внепроцессуальных воздействий // Проблемы психологии следственной деятельности / Под ред. А.Р.Ратинова. Красноярск, 1986. С.92 - 102.
  3. Знаков В. В. Классификация психологических признаков истинных и неистинных сообщений в коммуникативных ситуациях // Психол. журн. 1999. № 2. С. 54 - 65.
  4. Знаков В.В. Неправда, ложь и обман как проблемы психологии понимания // Вопросы психологии. 1993. № 2. С. 9 - 16.
  5. Падучева Е.В. Высказывание и его соотнесенность с действительностью / Е.В. Падучева.- М.: Издательство ЛКИ, 2010. - 296 с.
  6. Петров А.М., Мягких С.Г., Бессонова С.Ю. Психологические возможности выявления скрываемой информации: Учебно-методическое пособие для сотрудников правоохранительных органов, студентов и курсантов высших юридических учебных заведений - Пермь, 2003. - 204 с.
  7. Ратинов А.Р., Адамов Ю.П. Лжесвидетельство (Происхождение, предотвращение и разоблачение ложных показаний). М., 1976. - 134 с.
  8. Сиденко Е.А. Трансформация речевых структур при описании реальной и вымышленной ситуации [Электронный ресурс]: individual.utoronto/ca/psiling/library/verb_behav/sidenko_lie.htm.
  9. Симоненко С.И. Психологические основания оценки ложности и правдивости сообщений. Вопросы психологии, 1998, № 3. С. 78 - 84.
  10. Ситковская О.Д. Психология свидетельских показаний. Научно-методическое пособие.- М., 2006. - 86 с.
  11. Шаповалов В.О. Методы психологической оценки достоверности сообщаемой информации: методическое пособие. Киев: Овита Украины, 2016. - 186 с.
  12. Фрай О. Детекция лжи и обмана. - СПб.: Прайм - ЕВРОЗНАК, 2005. - 167 с.

Хотите мы вам перезвоним?

Наверх